Четырнадцатое самоубийство

За последние два месяца по нашему городу пронеслась волна таинственных самоубийств. Наш захудалый городишко и сравнивать не стоит по уровню происшествий с «бандитским» Петербургом или насыщенной жизнью Москвой. Самое страшное, что может случиться у нас — перелом руки во время пьяной драки, поэтому тринадцать самоубийц за два месяца вызвали чуть ли не панику среди горожан. В этой чёртовой дюжине большинство было из молодёжи — от девятнадцати до двадцати трёх лет. Только одна женщина тридцати двух лет не подходила под общий шаблон.
Все тринадцать человек ушли из жизни одинаковым способом — спрыгнули с балкона. Способ, надо заметить, не самый удачный. Человеческий организм весьма интересная машина — может погибнуть от одного удара или спокойно жить после падения с девятого этажа. Бывали случаи, когда неудачливый самоубийца прыгал с крыши, но не погибал. Очевидно, что повреждения организма были в таком случае чудовищными — перелом позвоночника, а за ним паралич, и это как минимум. И повезёт, если человек быстро умрёт, ведь некоторые лежали в таком состоянии по несколько часов. Представь себе, дорогой читатель, всю муку, что испытывает несчастный — конечности переломаны, способность двигаться утеряна навсегда, и страшно повезёт тому, кто потеряет ещё и чувствительность. И вот лежит такой человек где-нибудь под окнами в кустах и понимает, что скоро умрёт. Но у него есть ещё несколько минут, самых ужасных в его жизни — минут, в которые он понимает, что, впрочем, оно того и не стоило, и, в принципе, не всё было так страшно. И вдруг в нём просыпается такое неистовое желание жить, такая безумная жажда жизни именно в момент, когда он стоит перед лицом смерти, и тут бедняга приходит к страшному осознанию того, что это жгучее желание уже никогда не будет исполнено.
Но, собственно, я немного отклонился от темы. Такое странное, и даже мистическое стечение обстоятельств не могло не быть всячески обсуждено и обмусолено горожанами. Кто-то говорил о наркомании, что люди прыгали с балконов из-за галлюцинаций, кто-то винил во всём западную культуру (и представить не могу, на каком основании), а кто-то, в основном скамеечные бабушки, в исступлении кричал о конце света. Так или иначе, но реальную причину этих самоубийств установить не удалось. Никакой связи между самоубийцами не было, кроме способа, каким они ушли из жизни, да и того, что у каждого в волосах проглядывала седина. Хотя это не слишком удивительно — когда падаешь с шестнадцатого этажа, недолго поседеть от страха.
Пока это всё была преамбула, а фабула начнётся сейчас. Никто из горожан ещё не знает, но самоубийств произошло уже четырнадцать. Ещё одно случилось буквально тридцать минут назад прямо напротив моего окна. Но сейчас ночь, и жители домов мирно спят в своих тёплых кроватях, не подозревая о мёртвом теле, лежащем под окнами их домов. Через семь часов наступит рассвет, город медленно начнёт просыпаться. Наступит время, когда горожане отправятся по своим работам, и тогда по нашему двору прокатится неистовый крик ужаса. Начнётся суета, кто-то вызовет скорую, полицию, пожарных, позвонит Президенту — в общем, труп во дворе поднимет на уши всех. Но пока всё тихо.
Я понимаю, что я — главный свидетель. Я видёл всё, что было до, во время и после этого жуткого события, но я не скажу ни слова — нет, ведь я сам ещё плохо понимаю, что произошло.
Всё началось сегодня… ан нет, уже вчера. Вчера в четыре часа дня на балконе шестнадцатого этажа, появилась молодая парочка — блондинка в джинсах и в лёгкой кожаной куртке и крепкого телосложения парень. Мои окна находятся прямо напротив этого балкона, и достаточно близко, чтобы отчётливо разглядеть, всё, что там происходит. Наверное, даже слишком близко.
Порой мне нравится наблюдать за людьми, но я не испытывал ни малейшего желания нарушать своим любопытным взглядом уединение этой пары. Весь день я корпел над рефератом по истории — как и водится, сдать мне его нужно будет завтра днём, а начал его писать я только вчерашним утром. Стол с компьютером стоит прямо рядом с окном, и поэтому я, когда устраивал небольшие перерывы, невольно, но обращал внимание на этих двоих. Всё, что я успел заметить вначале — несколько поцелуев, обнимашки и весьма интимные ласки. Но потом всё переменилось — кажется, они поссорились, потому что стояли они в разных концах балкона. Парень мрачно курил, а девушка, схватившись руками за голову, кажется, плакала. Тут уж я не мог совладать с любопытством и стал отрываться от своей работы чаще. Я видел, как они простояли в угрюмом молчании минут этак двадцать. Потом они начали говорить, и, судя по всему, на какую-то очень неприятную для них тему.
Вдруг раздался какой-то странный звук. Не знаю, имеет ли он отношение к тому, что произошло впоследствии, но на всякий случай я упомяну о нём. Звук был очень необычным, и я точно не могу сказать, какой природы — механической или биологической. Вот представь, дорогой читатель, три звука — скрип большого заржавевшего крана, стук по металлической трубе и волчий вой. Нечто среднее из этих трёх звуков услышал я тогда. Ссорящиеся парень с девушкой на мгновение прекратили свою перепалку и посмотрели куда-то наверх, поэтому я решил, что источник звука находится где-то на чердаке этого дома. После этого звук повторился ещё несколько раз, примерно через двадцать, тридцать и сорок минут.
Парочка появилась на балконе где-то в районе четырёх, около семи началась ссора, и примерно в восемь часов, грустный и озлобленный, парень ушёл с балкона. Девушка осталась одна. Я думал, что она уйдёт за молодым человеком, чтобы продолжить перепалку дальше, но она осталась на месте. Когда парень ушёл, она выкурила сигарету, потом ещё одну, ещё, и ещё. На секунду мне показалось, что она решила убить себя курением.
Но вот она прекратила — то ли она вдруг поняла, что творит, то ли у неё просто кончились сигареты. Затем она достала телефон. Да, сейчас она позвонит маме или лучшей подруге, и расскажет ей эпическую балладу о трагичной любви. Выльет целый ушат горьких слёз на свою собеседницу, ещё тридцать минут поплачет и уйдёт. Я был уверен, что так и будет.
Болтала по телефону она долго — впрочем, почти любая женщина долго говорит по телефону. А тут ещё такое событие — ссора с любимым, а возможно, даже окончание любовной истории! Нет, здесь обязательно нужно во всех красках описать, какой избранник её сердца нехороший человек, и это не может занять меньше, чем два часа. Примерно столько и продлился этот разговор. Как у неё язык не устал!
На свой реферат я уже давно положил большой толстый болт. Я не мог заставить себя писать эту нудятину о язычниках, когда у меня за окном происходит такая драма. Всё это время я наблюдал за изливавшей душу девушкой. Я сам не заметил, как во мне неожиданно проснулась к ней жалость. Мне вдруг захотелось сейчас же подняться к ней, обнять, успокоить, пригласить домой и напоить чаем. И как странно бы это не звучало, но мои намерения были искренними и чистыми — я хотел только пожалеть её.
Девушка простояла на балконе до одиннадцати часов. К этому времени на город уже опустилась ночь, и только свет из ближайших окон позволял мне разглядеть её. В это время и начались странные события, приведшие к такому роковому концу.
Вновь раздался странный звук. Девушка резко присела, словно опасаясь, что на неё сейчас что-то упадёт. Затем она собралась выйти на лестничную площадку, но остановилась прямо у самой двери. Вместо того, чтобы открыть её, она припала ухом к ней, что-то выслушивая. Простояв так несколько минут, она отошла от двери, прошлась из стороны в сторону, будто собираясь с силами, и, наконец, вышла с балкона. Дверь за ней закрылась, и я уже решил, что представление на сегодня окончено.
Я ошибся.
Буквально через мгновение дверь резко отворилась, и я вновь увидел эту девушку. Она сразу же захлопнула дверь и прижала её спиной. Темнота не давала различить мне очень много, но всё же я заметил, что кто-то пытается выломать дверь с другой стороны. Откуда в хрупкой девушке взялось столько сил, чтобы оказать сопротивление врывавшемуся, я не представляю.
События приняли совершенно неожиданный поворот. Сейчас мне ужасно стыдно, что я не вызвал сразу полицию. Вместо этого я лишь подсел ближе к окну и пригляделся. Тогда я сумел различить, что девушка сложила руки замком на груди. Наверное, она молилась. А потом наступил апофеоз представления — девушка в ужасе перепрыгнула через перила и полетела вниз. Дверь же, которую она так рьяно удерживала, распахнулась, но я не сумел разглядеть ничего, кроме темноты лестничной площадки. Всего мгновение дверь была открыта — скоро натянутая пружина захлопнула её.
Опешивший, я просидел с минут, вглядываясь в дом напротив. Затем я задёрнул шторы и включил свет. Не знаю, что заставило бедную девушку спрыгнуть с двенадцатого этажа, но когда я задумываюсь об этом, меня обволакивают мерзкие лапы страха.
Не удивлюсь, если в ближайших новостях я услышу о четырнадцатом самоубийце с поседевшими волосами. Наверняка то, что пряталось на лестничной площадке и погубило эту девушку, виновно в смерти и остальных тринадцати человек. Но больше всего в этой истории меня поражает, что всё это происходило так близко от квартир ничего не подозревающих жителей. Все они лежали в своих кроватях, спали или смотрели телевизор и даже не подозревали, что сейчас, в нескольких метрах от их квартир, несчастная жертва сражается с чем-то ужасным. Не знаю, что это такое было, да, впрочем, надеюсь никогда не узнать. Во мне нет ни малейшего желания развеивать мое неведение относительно того, что скрывается на лестничной площадке.

БОЛЬШЕ ИСТОРИЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *